 |
|
) Нигилизм относительно труда. (Изжит.) Негодность к практической работе. (Годность.) Объединяющий всех напряжённый атеизм, некритически приним..
Каждый раз как пучок позитронов делает круг, двигатель на мгновение замолкает. Вам придется заменить отражатель...
Молодой снежок чуть запорошил крепкий, старый. От бани в саду, стеклянно блещущей крышей, бежит гончая Заливка. "Здравствуй, -- говорит ей Хрущев...
Смотрите также:
М.М. Дунаев. Рукописи не горят.
В. Сахаров. Сатира должна идти до конца.
Виктор Лосев. Художественная автобиография Михаила Булгакова.
Mikhail Afanasievich Bulgakov (Wikipedia)
Bulgakov, Mikhail Afanasievich
Проблема искусства в «Театральном романе» М. А. Булгакова
«Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»
Мое любимое произведение М. А. Булгакова
Задачи и Сны М. Булгакова в романе Белая гвардия
Вы читаете «Псалом», страница 1 (прочитано 0%)
«Мастер и Маргарита», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«В кафе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Заметки и миниатюры», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Самогонное озеро», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Рассказы, очерки, фельетоны 1925-1927гг», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Первоначально кажется, что это крыса царапается в дверь. Но слышен
очень вежливый человеческий голос:
- Можно войти?
- Можно, пожалуйста.
Поют дверные петли.
- Иди и садись на диван. (От двери). - А как я по паркету пойду?
- А ты тихонечко иди и не катайся. Ну-с, что новенького?
- Нициво.
- Позвольте, а кто сегодня утром ревел в коридоре?
(Тягостная пауза). - Я ревел.
- Почему?
- Меня мать наслепала.
- За что?
(Напряженная пауза). - Я Сурке ухо укусил.
- Однако.
- Мама говорит, Сурка - негодяй. Он дразнит меня, копейки поотнимал.
- Все равно, таких декретов нет, чтоб из из-за копеек уши людям кусать.
Ты, выходит, глупый мальчик.
(Обида). - Я с тобой не возусь.
- И не надо.
(Пауза). - Папа приедет, я ему сказу. (Пауза). - Он тебя застрелит.
- Ах, так! Ну, тогда я чай не буду делать. К чему ? Раз меня
застрелят...
- Нет, ты цай делай.
- А ты выпьешь со мной?
- С конфетами? Да?
- Непременно.
- Я выпью.
На корточках два человеческих тела - большое и маленькое. Музыкальным
звоном кипит чайник, и конус жаркого света лежит на странице Джером Джерома.
- Стихи-то ты, наверно, забыл?
- Нет, не забыл.
- Ну, читай.
- Ку...Куплю я себе туфли...
- К фраку.
- К фраку, и буду петь по ноцам...
- Псалом.
- Псалом... и заведу... себе собаку...
- Ни...
- Ни-це-во-о...
- Как-нибудь проживем.
- Нибудь как. Пра-зи-ве-ем.
- Вот именно. Чай закипит, выпьем, проживем.
(Глубокий вздох). - Пра-зи-ве-ем.
Звон. Джером. Пар. Конус. Лоснится паркет.
- Ты одинокий.
Джером падает на паркет. Страница угасает.
(Пауза). - Это кто же тебе говорил?
(Безмятежная пауза). - Мама.
- Когда?
- Тебе пуговицу когда присивала. Присивала. Присывает, присывает и
говорит Натаске...
- Тэк-с. Погоди, погоди, не вертись, а то я тебя обварю... Ух!..
- Горяций, ух!
- Конфету какую хочешь, такую и бери.
- Вот я эту больсую хоцу.
- Подуй, подуй и ногами не болтай. (Женский голос за сценой). - Славка!
Стучит дверь. Петли поют приятно.
- Опять он у вас. Славка, иди домой!
- Нет, нет, мы с ним чай пьем.
- Он же недавно пил. (Тихая откровенность). - Я ...не пил.
- Вера Ивановна. Идите чай пить.
- Спасибо, я недавно...
- Идите, идите, я вас не пущу...
- Руки мокрые...белье я вешаю...
(Непрошенный заступник). - Не смей мою маму тянуть.
- Ну, хорошо, не буду тянуть... Вера Ивановна, садитесь...
- Погодите, я белье повешу, тогда приду.
- Великолепно. Я не буду тушить керосинку.
- А ты, Славка, выпьешь, иди к себе.
Тем временем:
...
Вновь стали заметны проявления христианского фундаментализма, которые, казалось, остались в 19-м столетии, сопровождающиеся новым взрывом антидарвинистской полемики, и произошло возрождение (пока лишь демографическое и экономическое) призрака Желтой Угрозы. Начиная с недавнего времени, в наших семьях вновь появилась цветная прислуга, совсем как в 'Унесенных ветром', и вновь началась эпоха Великого переселения варварских народов, что происходило в первые века нашей эры.
Произошло триумфальное возвращение антисемитизма с его 'Протоколами (Сионских мудрецов)', а у нас в итальянском правительстве появились фашисты (несмотря на весь свой постфашизм, многие из них остаются все теми же фашистами). Все в той же Италии возобновился спор между Церковью и Государством, и возродились христианские демократы различной направленности. Кроме того, создается впечатление, что мы возвращаемся к временам, предшествовавшим Сопротивлению. Но, учитывая конституционные предложения Лиги Севера (правонационалистическая итальянская партия - прим. пер.), похоже, что мы возвращаемся не к временам до Второй мировой войны, а в Италию до восстания Гарибальди. При этом кажется, что история, удрученная скачками, проделанными за два предшествовавших тысячелетия, начала закручиваться вокруг себя, возвращаясь к удобному великолепию Традиции (Предания).
Но можно было бы и возразить, что кое-что новое, по крайней мере в Италии, все же произошло. А именно: установление характерного для стран Третьего мира популизма - политики, проводимой частным предпринимателем, чья заинтересованность объясняется получением сугубо личной выгоды. Без сомнения, речь идет о новом - по крайней мере, на европейской сцене - феномене...
