Необычайное происшествие, или Ревизор (по Гоголю)

Сценарий


НДП {НДП - надпись. В соавторстве с режиссером М. С. Каростииым. -
Ред.}. Уездный город, находящийся не то чтобы далеко от Пензы, но и не
совсем близко к Саратову, где-то у неведомой черты границы этих двух славных
губерний, весной в 1831 году медленно пробуждался от сна к своим делам
безрадостным, пробуждался скорее по привычке.
Испокон веков, по ним хоть часы проверяй, проходило, зевая, купечество
к своим лабазам и торговым рядам. Опасливо осматривали замки неестественной
величины, и, когда их отпирали, замки издавали давно утерянную мелодию "Коль
славен наш господь..." на все лады...
НДП. И так начиналось каждое утро.
Первыми сколько-нибудь замечательными людьми в уездном городе
оказываются помещики Петры Ивановичи Бобчинский и Добчинский. Оба низенькие,
коротенькие, очень любопытные, оба с небольшими брюшками. Дома их до
уморительности одинаковы, очевидно, построенные одним мастером, стоят
рядышком на живописной улице. Домики, как две капли воды, похожи на своих
хозяев, и кажется, вот они сейчас замахают ставнями и начнут наперебой друг
перед другом хвастать городскими новостями. Петры Ивановичи вышли каждый на
свое крылечко, увидели друг друга, обрадовались, вежливо раскланялись и оба
враз сказали:
- Здравствуйте, Петр Иванович...
И прежде чем отправиться в город по новости, как ходят по грибы, Петры
Ивановичи сразу же и заспорили. Добчинскому очень хотелось идти в левую
сторону города, но именно в эту же сторону намеревался побежать и
Бобчинский, который сразу начал наскакивать на своего приятеля и засыпать
его убедительными словами:
- Нет, нет, нет, Петр Иванович, сегодня левая сторона города моя, а
правая ваша, и новостей сегодня в правой стороне города, ей-ей, больше, чем
в левой, вы уж, пожалуйста, не спорьте, Петр Иванович...
И приятели разбежались - Добчинский направо и Бобчинский налево.
Когда их проворные, маленькие фигурки скрылись из виду, прямо через
улицу, как бы для контраста, торопилась огромная фигура судьи, в ногах
которого путались два лающих пса, сдерживаемых массивными цепями.
Смотритель богоугодных заведений Земляника, фигурой поменьше судьи и
меньше опутанный дикорастущими волосами, заслышав собачий лай, высунулся в
окно своего дома и равнодушно извещал свою жену о том, что:
- Опять судья Ляпкин-Тяпкии со своими кобелями идет к юбкам жены
помещика Добчинского...
Дрбчинский, спрятавшись за выступ стены, следил за своим смертельным
ворогом, и, когда судья юркнул в калитку, Петр Иванович, терзаемый ревнивым
чувством, побежал к своему дому, наткнулся на псов, привязанных судьей у
калитки. Собаки, завидев Петра Ивановича, начали лаять и бросаться на него с
такой силой, что сорвись железное кольцо - и от Петра Ивановича не останется
и звания.

Страницы: (28) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

...
Вначале как интермеццо богослужения, затем, став частью политических
торжеств, трагедия показывала народу великие деяния отцов, чистой простотой
совершенства пробуждая в душах великие чувства, ибо сама была цельной и
великой. И в каких душах!
В греческих! Я не могу объяснить, что это значит, но я чувствую это и,
краткости ради, сошлюсь на Гомера, Софокла и Феокрита {Ссылка на Гомера и
Феокрита носит более общий характер. Феокрит - автор идиллий. Гомер -
эпический поэт; речь идет, таким образом, уже не о драматургии и театре, а
об античной культуре в целом, которая, как и Шекспир, была, по мнению Гете,
"цельной и великой".}; они научили меня это чувствовать. И мне хочется тут
же прибавить: "Французик, на что тебе греческие доспехи, они тебе не по
плечу".
Поэтому-то все французские трагедии пародируют самих себя.
Сколь чинно там все происходит, как похожи они друг на друга, - словно
два сапога, и как скучны к тому же, особенно in genere в четвертом акте, -
известно вам по опыту, милостивые государи, и я не стану об этом
распространяться.
Кому впервые пришла мысль перенести важнейшие государственные дела на
подмостки театра, я не знаю; здесь для любителей открывается возможность
критических изысканий. Я сомневаюсь в том, чтобы честь этого открытия
принадлежала Шекспиру; достаточно того, что он возвел такой вид драмы в
степень, которая и поныне кажется высочайшей, ибо редко чей взор достигал
ее, и, следовательно, трудно надеяться, что кому-нибудь удастся заглянуть
еще выше или ее превзойти.
Шекспир, друг мой, будь ты среди нас, я мог бы жить только вблизи от
тебя! Как охотно я согласился бы играть второстепенную роль Пилада {Пилад -
друг Ореста и его верный спутник.}, будь ты Орестом, - куда охотнее, чем
почтенную особу верховного жреца в Дельфийском храме.
Я здесь намерен сделать перерыв, милостивые государи, и завтра писать
дальше, так как взял тон, который, быть может, не понравится вам, хотя он
непосредственно подсказан мне сердцем...

Гёте, Иоганн Вольфганг фон (Goethe, Johann Wolfgang von)   
«Ко дню Шекспира»

Информация о литературной сети
Принять участие в проекте

Проект осуществляется при информационной поддержке "Библиотеки зарубежной фантастики и фэнтези".
IQB Group: создание сайтов и web дизайн, продвижение сайтов и оптимизация сайта.

© 2003-2011 Rulib.NET
Координатор проекта: Российская Литературная Сеть, Администратор сайта: Руслан Назаров. Сайт работает под управлением системы "Электронный Библиотекарь" 4.7

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу copyright@rulib.net и мы немедленно удалим указанные работы.

Администратор сайта и координатор проекта не несут ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимают все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс http://www.bulgakov.net.ru/, с указанием автора материала и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения.