 |
|
А я-то, всегда чувствовавшая себя недостойной этих очагов (усыпальниц!) Рода. (Говорю о домах с колонистами и о своей робости перед ними...
Как и прежде уже облака манили меня уйти с ними в чужие страны, когда они высоко проплывали над моей головой, так и теперь я часто нахожусь в опасности, ч..
on, pouvoir changer la forme du recit tout en gardant l'integrite du texte conserve, et en eliminer seulement des formes scolastiques et des details topographiques et historiques qui ne pou..
Смотрите также:
T.M.Vakhitova. Mikhail Afanasievich Bulgakov
Виктор Лосев. Фантастический роман о дьяволе.
Виктор Лосев. Художественная автобиография Михаила Булгакова.
Bulgakov, Mikhail Afanasievich
Михаил Булгаков. Автобиография.
Трагедия Мастера - гений в положении «маленького человека»
«Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»
Москва 30-х годов в романе Булгакова Мастер и Маргарита
Возвращение писателя (М.Булгаков)
Дьяволиада в произведениях М.А.Булгакова
Вы читаете «Рассказы, очерки, фельетоны 1925-1927гг», страница 17 (прочитано 44%)
«The Master and Margarita», закладка на странице 10 (прочитано 2%)
«Дни Турбиных», закладка на странице 10 (прочитано 17%)
«Дон Кихот», закладка на странице 10 (прочитано 23%)
«Великий канцлер», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«The heart of a dog», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Статьи, рассказы, наброски», закладка на странице 10 (прочитано 2%)
«Столица в блокноте», закладка на странице 10 (прочитано 82%)
«Письмо Правительству СССР», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Заметки (ПСС т.2)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Рассказы, очерки, фельетоны», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Вот сейчас вертушка-турникет,
и улизнет кепочка с Новинского!
- Стой, стой, разбойник! - сипел Таракан, закручивая двумя пальцами
левой руки скользкий рукав. Кепка молча летела к турникету. - Милиция-то где
же? - задыхаясь шепнул Таракан.
Таракан увидел мир в красном освещении. Таракан вынул финку и в
неизбышной злобе легко ударил ею кепку в левый бок. Сапоги выпали из
кепкиных рук на газон. Кепка завернулась на бок, и Таракан увидел ее лицо.
На нем теперь не было и признаков масла, оно мгновенно высохло, похорошело,
и мышиные глазки превратились в огромные черные сливы. Пена клоком вылезла
изо рта. Кепка, хрипнув, возвела руки к небу и качнулась на Таракана.
- Ты драться?.. - спросил Таракан, отлично видя, что кепка драться не
может, что не до драки кепке, не до сапог, ни до чего! - Драться?.. Ограбил
и драться? - Таракан наотмашь кольнул кепку в горло, и пузыри выскочили
розового цвета на бледных губах. Экстаз и упоение заволокли Таракана. Он
полоснул кепку по лицу, и еще раз, когда кепка падала на траву, чиркнул по
животу. Кепка легла в зеленую Новинскую траву и заляпала ее пятнами крови.
"Финка - знаменитая... вроде как у курицы, кровь человечья", - подумал
Таракан.
Бульвар завизжал, заревел, и тысячные, как показалось, толпы запрыгали,
заухали вокруг Таракана.
"Погиб я, делегат жалкий, - помыслил Таракан, - черная моя судьба. Кто
ж это мне, дьявол, ножик продал, и зачем?"
Он швырнул финку в траву, прислушался, как кепка, вся в пузырях и
крови, давится и умирает. Таракану стало жалко кепку и почему-то того жулика
с ящиком... "Понятное дело... он на хлеб себе зарабатывает... Правда,
жулик... но ведь каждый крутится, как волчок..."
- Не бейте меня, граждане, - тихо попросил пропащий Таракан, боли от
удара не почувствовал, а только догадавшись по затемненному свету, что
ударили по лицу, - не бейте, товарищи! Делегат я месткома пекарни э 13...
Ох, не бейте. Профсоюзные деньги проиграл, жизнь загубил свою. Не бейте, а
вяжите! - молвил Таракан, руками закрывая голову.
Над головой Таракана пронзительно, как волчки, сверлили свистки.
"Ишь, сколько милиции... Чрезвычайно много набежало, - думал Таракан,
отдаваясь на волю чужим рукам, - раньше б ей надо было быть. А теперь все
равно..."
- Пускай бьют, товарищ милицейский, - глотая кровь из раздавленного
носа, равнодушно сказал Таракан, понимая только одно, что его влекут сквозь
животы, что ноги его топчут, но уже по голове не бьют. - Мне это все равно.
Я неожиданно человека зарезал вследствие покупки финского ножа.
"Как в аду, суматоха, - подумал Таракан, - а голос распорядительный...
Страницы: (37) : <<
Тем временем:
...
Плачут бабы звонко...
Ну! Чего ревем?!
Волюшка, Настенка, -
Это ты да дом.
Вновь скакали по степу,
Разом все под атаманом,
То конями на толпу,
То - веревкой, то - наганом.
Сколь крови не льется -
Пресный все лиман.
Нет! Хочу с колодца,
Слышь-ка, атаман.
А ведерко бьется
Вольно - вкривь и вкось...
Хлопцы, хлопцы, хлопцы,
Выудил, небось!
Есть у атамана зуй,
Ну а под зуем - кобыла...
Нет уж, Настенька, разуй,
Да часок чтоб тихо было.
Где, где речь геройска
Против басурман?
Как тебе без войска
Худо, атаман!
Справная обновка,
Век ее постыль:
Это не винтовка,
Это мой костыль.
1980
3. {Одесские куплеты}
Где девочки? Маруся, Рая, Роза?
Их с кондачка пришлепнула ЧеКа,
А я - живой, я - только что с Привоза,
Вот прям сейчас с воскресного толчка!
Так что, ребята! Ноты позабыты,
Зачеркнуто ли прежнее житье?
Пустились в одиссею одесситы -
В лихое путешествие свое.
А помните вы Жорика-маркера
И Толика - напарника его?
Ему хватило гонора, напора,
Но я ответил тоже делово.
Он, вроде, не признал меня, гадюка,
И с понтом взял высокий резкий тон:
"Хотите, будут речь вести за Дюка?
Но за того, который Эллингтон"...
1980
x x x
Мог бы быть я при теще, при тесте,
Только их и в живых уже нет.
А Париж? Что Париж! Он на месте.
Он уже восхвален и воспет.
Он стоит, как стоял, он и будет стоять,
Если только опять не начнут шутковать,
Ибо шутка в себе ох как много таит.
А пока что Париж как стоял, так стоит.
1980
x x x
Однако, втягивать живот
Полезно, только больно.
Ну! Вот и все! Вот так-то вот!
И этого довольно...
