 |
|
Он, как мне кажется, вовсе не был недоброжелательным, скорее, я бы сказал, наоборот, но просто он не выносил дураков...
Явятся Красный Бык и полковник верхом на коне, но отец говорил, что сначала придут два человека, чтобы подготовить почву...
годаря своей замечательной музыке, временами благодаря какому-нибудь святому отцу, совершавшему исцеления и чудеса, временами благодаря своей щучьей ухе и паштетам из о..
Компания Солярис - домашние кинотеатры, плазменные панели и телевизоры.
Смотрите также:
Краткая хроника жизни и творчества М.А.Булгакова
М.М. Дунаев. Рукописи не горят.
Николай Ракицкий. Встречи с М.А. Булгаковым.
T.M.Vakhitova. Mikhail Afanasievich Bulgakov
«Мысль семейная» в русской литературе по роману «Белая гвардия»
Человек на изломе истории в романе М. А. Булгакова «Белая гвардия»
Образ Шарикова в повести М. А. Булгакова «Собачье сердце»
Трагедия Мастера - гений в положении «маленького человека»
Рассказы, очерки, фельетоны 1925-1927гг
Золотые корреспонденции Ферапонта Ферапонтовича
Мастер и Маргарита (переписанные главы)
Мастер и Маргарита (Черновые редакции романа)
Необыкновенные приключения доктора
Черновики - Черный маг, Копыто инженера
Необычайное происшествие, или Ревизор (по Гоголю)
Тем временем:
... По вечерам же, зимой и летом, он
приходил уже в темноте, редко заставая самого старшего сына
Семена, когда тот еще не спал. Перед тем как лечь спать, отец
обыкновенно лазал по полу на коленях между спящими детьми,
укрывал их получше гунями, гладил каждого по голове и не мог
выразить, что он их любит, что ему жалко их, он как бы просил у
них прощения за бедную жизнь; потом отец ложился около матери,
которая спала в один ряд с детьми тоже на полу, клал свои
холодные, занемевшие ноги на ее теплые и засыпал.
Утром, проснувшись, дети начинали плакать -- они хотели
есть, пить, и, кроме того, им было странно и непривычно жить, в
их теле что-нибудь постоянно болело, потому что там не
произошло еще окостенения. Один Семен не плакал, он молча
терпел свою нужду в пище и сначала заботился о братьях, а потом
уже доедал с матерью, что оставалось от меньших детей, или то,
что случайно испортилось и протухло, чтобы зря не выкидывать
еду. Мать уже давно жила, она не могла сильно мучиться, когда
хотела есть, но Семен тосковал до самого обеда. Катая братьев в
тележке, он шел печальный, потому что в нем болело сердце от
голода, он плакал и тихо скулил, чтобы забыться. Братья глядели
на него из тележки и тоже начинали кричать от страха, раз их
старший брат боится чего-то. Тогда Семен находил в выброшенной
печной золе кусочки древесного угля или отламывал известку от
стены флигеля и давал братьям; они принимались сосать и глотать
уголь и от жадности переставали кричать. Семен же закатывал
тележку с братьями за сарай, где между курником, плетнем и
стеной сарая рос лопух, лежали жестянки и житейский мусор, а
сам уходил на улицу. Там он ходил мимо чужих домов, ища
глазами, что валяется на земле. Больше всего он любил находить
огрызки яблок и морковь. Когда он находил их и ел, у него
слабело сердце от радости, он сразу смеялся и бежал поскорее
обратно к братьям, которые могли без него уползти из тележки
неизвестно куда и навеки пропасть...
