 |
|
Где теперь, как нас мудрец наставил, Мертвый шар в пространстве раскален, Там в тиши величественной правил Колесницей светлой Аполлон...
Потому то я и собирался этим вечером податься на запад. В городе хозяйничал Закон, он охотился за сирыми и голодными, этими повседневными жильцами его владений за решеткой...
..Впрочем, я написал-то иначе, Чем хотел. Что ж, ведь я - не поэт. 1960 x x x Если б я был физически слабым - Я б морально ..
Домашние кинотеатры в салоне Солярис.
Профессиональное аудио и видео оборудование от лучших мировых производителей.
www.solyaris.ru
Смотрите также:
В. Угрюмова. Фиолетовый рыцарь и другие.
Mikhail Afanasievich Bulgakov (Wikipedia)
В. Сахаров. Два письма из Булгаковского Киева.
Виктор Лосев. Художественная автобиография Михаила Булгакова.
Киев в жизни и творчестве М. А. Булгакова
Ешенко И.С.М.Булгаков уроки судьбы
Дни Турбиных М. Булгакова — пьеса об интеллигенции и о революции.
«Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»
Рассказы, очерки, фельетоны 1925-1927гг
Золотые корреспонденции Ферапонта Ферапонтовича
Мастер и Маргарита (переписанные главы)
Мастер и Маргарита (Черновые редакции романа)
Необыкновенные приключения доктора
Черновики - Черный маг, Копыто инженера
Необычайное происшествие, или Ревизор (по Гоголю)
Тем временем:
... Я, как вы знаете, стою выше всей этой суеты вокруг такого мусора, как деньги, но я счел своим долгом защитить ее от охотников за приданым. Поэтому я взял себе за правило проводить с ней как можно больше времени и часто у нее обедал. В конце концов, она души не чаяла в своем дядюшке Джордже, и я никак не могу поставить это ей в минус. Как оказалось, Бузинушка не слишком нуждалась в золотом яичке из семейного гнездышка, поскольку она стала скульптором и добилась признания. Художественная ценность ее работ не могла быть поставлена под сомнение хотя бы из за их рыночной цены. Я лично не вполне понимал ее творчество, поскольку мой художественный вкус весьма утончен, и я не мог слишком высоко оценивать работы, создаваемые для тех денежных мешков, которые могли себе позволить их покупать. Помню, я как то спросил ее, что представляет собой одна из ее скульптур. – Вот, видишь, – сказала она, – на табличке написано: «Журавль в полете». Изучив этот предмет, который был сделан из чистейшей бронзы, я спросил: – Да, табличку я вижу. А где журавль? – Да вот же он! – она ткнула в маленький заостренный конус, поднимавшийся из бесформенного бронзового основания. Я внимательно рассмотрел конус и спросил: – Это журавль? – А что же еще, старая ты развалина! – она любила такие ласкательные прозвища. – Это острие длинного журавлиного клюва. – Бузинушка, этого достаточно? – Абсолютно! – твердо сказала Бузинушка. – Ведь не журавля представляет эта работа, а вызывает в уме зрителя абстрактное понятие журавлиности. – А, – сказал я, несколько сбитый с толку. – Теперь, когда ты объяснила, действительно вызывает. Но ведь написано, что журавль в полете. Откуда это следует? – Ах ты дуролом недоделанный! – воскликнула она. – Ты вот эту аморфную конструкцию бронзы видишь? – Вижу, – ответил я. – Она просто бросается в глаза. – Так не станешь же ты отрицать, что воздух, как и любой газ, если на то пошло, является аморфной массой. Так вот, эта аморфная бронза есть кристально ясное отражение атмосферы как абстрактного понятия. А вот здесь, на передней поверхности бронзы – тонкая и абсолютно горизонтальная линия. – Вижу. Когда ты говоришь, все так ясно...
