Читайте также:

Какой от меня прок? А останься я дома - женился бы на той девчонке и держал бы лавочку на Хэммерсмит Хай: "С.Ортерис, набивает чучела". В окошке у меня бы..

Киплинг Редьярд (Kipling Rudyard)   
«Безумие рядового Ортериса»

- Вы пытаетесь испугать меня? - По чести говоря, да. Мы вовсе не желаем отправлять в прошлое таких, что при первом же выстреле ударяются в панику...

Рэй Брэдбери (Ray Bradbury)   
«И грянул гром»

О них и нас. 24 сентября 1913 Генералам двадцатого года Сергею Вы, чьи широкие шинели Напоминали паруса, Чьи шпоры весело звенели И голоса,..

Цветаева Марина Ивановна   
«Избранные стихи»

Другие книги автора:

«Кабала святош»

«Тайному другу»

«Жизнь господина де Мольера»

«Александр Пушкин»

«Вода жизни»

Все книги


Поиск по библиотеке:




Ваши закладки:

Обратите внимание: для Вашего удобства на сайте функционирует уникальная система установки «закладок» в книгах. Все книги автоматически «запоминают» последнюю прочтённую Вами страницу, и при следующем посещении предлагают начать чтение именно с неё.

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок Orphus.
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Булгаков Михаил Афанасьевич - Рефераты и сочинения - «Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»

Все рефераты и сочинения


«Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»




Но в этом мире случайностей нет,
И не мне сожалеть о судьбе...
В.Гребенщиков

Несколько слов эпиграфа бывают, как правило, призваны намекнуть читателю на что-то особенно важное для автора. Это может быть и историческое значение изображаемого, и специфика художественного воплощения, и глобальная философская проблема, решаемая в произведении. ,
Эпиграф романа "Мастер и Маргарита", по сути дела, является краткой формулировкой основной идеи дальнейшего повествования, заключенной в констатации бессилия человека перед высшим законом судьбы и неизбежностью справедливого воздаяния всем живущим относительно их мыслей, эмоций и поступков.
Сам же роман со всеми его сюжетными линиями и их причудливыми поворотами, множеством совершенно разных героев, контрастными пейзажами и импрессионистичными рассуждениями о мелочах повседневности превращается в развернутое, детальное исследование и подтверждение "первоначальной гипотезы". При этом образы, возникающие в сюжетно-фи-лософской картине романа, вписываются в нее столь органично, что не возникает сомнений в их достоверности.
Во всех аспектах существования, представленных в романе, идея фатализма и всеобщей "подсудности", заявленная в эпиграфе, постоянно доказывается фактически, меняя свой художественный и сюжетный облик в зависимости от задействованных образов.
Так, Бездомный, отказавшийся принять логику зависимости событий человеческой жизни от фактора судьбы, изложенную Воландом в самом начале романа, вскоре сам стал ее жертвой.
Другое доказательство подчиненности поворотам судьбы возникает из многочисленных предсказаний будущего людей как следствия их прошлого и настоящего и игнорирование их большинством. Ярким примером тут служит предсказание смерти Берлиоза в деталях, психушки для Бездомного или разговор об "истине" и "добрых людях" между Иешуа и Пон-тием Пилатом. В то же время на самого разного рода надувательства люди крайне охотно "покупались". "Сеанс черной магии с полным ее разоблачением" в варьете, дурачества Ко-ровьева и Бегемота в "Грибоедове", отправка в Ялту Степы Лиходеева и многое, многое другое, устроенное свитой Волан да для увеселения их господина, вызывало среди людей больше интереса и удивления, чем проявление вселенских закономерностей.
В отношении "высоких чувств" тоже существует система объективной оценки. Система эта, при всей своей справедливости, не щадит, однако, человеческих мелочных слабостей. "Без драм, без драм!" - говорит раздраженный Азазелло Маргарите в Александровском саду, меньше всего задумываясь о ее переживаниях. Истинное искусство также было оценено по достоинству. Тут выясняется, что люди не в состоянии даже придумать достойную награду, что она неизбежна, как и наказание, и имеет те же источники. "Исполнитель" в лице Аза зелло в результате вынужден предлагать эту награду так, чтобы не было вообще никакой возможности отказаться.
Носителем и воплощением идеи бесстрастного судьи в романе выступает Воланд. Он имеет право наказывать и награждать, определять соразмерность причины и следствия, учитывая индивидуальность героев или ее отсутствие. Такие, как Маргарита, эти испытания выдерживают; такие, как Римский, Варенуха, Аннушка, Тимофей Квасцов и многие другие, - нет...
Манера поведения Воланда происходит отнюдь не от "доброты душевной". Он сам подвластен закону, вершителем которого является, только в значительно меньшей степени, чем все другие персонажи. "Все будет правильно, на этом построен мир", - говорит он, намекая на то, что и судьба сатаны должна в итоге вписываться в это построение.
Исполнение желания Маргариты о прощении Фриды - неожиданное исключение, случайность непредусмотренная и малозначительная - свидетельствует о том, что даже дьявол не способен предвидеть все.
Преимущество Воланда - в его признании верховенства закона жизни над всеми и соответствующей оценке своих возможностей. Отсюда и некоторая афористичность речи и непререкаемо-утвердительные интонации. Его реплики звучат как аксиомы: "Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас, сами предложат и сами все дадут", "...зачем же гнаться по следам того, что уже окончено?"
В итоге становится очевидно, что философская сущность эпиграфа, рассмотренная со многих различных позиций в действии романа, получила фактическое подтверждение в эпилоге. Факты, явившиеся результатом "исполнения приговора" (покой Мастера и Маргариты, освобождение Пилата, переоценка ценностей Бездомным, переполох среди московских обывателей), лучше всего доказывают верность мысли, заключенной в строках эпиграфа.

Источник:http://www.litra.ru/

Тем временем:

... Но пока я добежал до него по каким-то узким,
грязным и глухим переулкам, Давыдка уже вышел закрывать ставни на своем
убогом окошке, собрался тушить свет и запирать двери.
-- Но послушай, сказал я ему, чувствуя страх уже смертельный,-- если ты
запрешь и потушишь, что же мне тогда делать? Куда деваться? Ведь сюда зимой
даже пароходы не заходят !
Однако Давыдка только языком пощелкал и неумолимо, с тем спокойным
идиотизмом, на который способен лишь кавказец, помотал своей черной
стриженой башкой.
-- На молу гулять будешь,-- сказал он.-- Там всю ночь главный маяк
гореть будет...
И вот я на каком-то страшном обрыве, горбатом и скалистом, где можно
держаться, только прижавшись к необыкновенно высокой и круглой белой башне и
упершись ногами в скалы. Вверху, в дымном от дождя и медленно вращающемся
свете, с яростным визгом и криком кружатся и дерутся, как чайки, несметные
траурные пингвины...

Бунин Иван Алексеевич   
«Пингвины»





© 2003-2011 Rulib.NET
Координатор проекта: Российская Литературная Сеть, Администратор сайта: Руслан Назаров. Сайт работает под управлением системы "Электронный Библиотекарь" 4.7

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу copyright@rulib.net и мы немедленно удалим указанные работы.

Администратор сайта и координатор проекта не несут ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимают все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс http://www.bulgakov.net.ru/, с указанием автора материала и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения.